О лисе, медведе и бедняке

О лисе, медведе и бедняке

МедведьМожет, и правда так было, а может, и не было, а только жил-был на свете один человек, бедняк из бедняков. Вот как-то раз поутру взял он обеих коров, что в хозяйстве были, и отправился на коровах поле па­хать. Едет бедняк мимо леса и слышит вдруг грозный рев и еще писк, тонкий да жалобный. Любопытно бед­няку стало. Заходит он в лес и видит, как на поляне громаднющий медведь с малым зайчишкой бьются.

— Сколько на белом свете живу, а этакого чуда не видывал! — говорит бедняк, и ну потешаться. Смеялся он, смеялся, чуть со смеху не лопнул.

— Ах ты, такой-разэтакий, немытый-нечесаный, да как ты смеешь надо мной насмехаться! — рявкнул на бедняка медведь.—За это ты у меня поплатишься! Вот как сейчас задеру тебя и съем вместе с твоими ко­ровами.

Видит бедняк, что шутки плохи, и давай медведя упрашивать, чтобы не ел его, бедняка, а если уж не ми­новать ему такой участи, то не трогал бы до вечера, по­куда бедняк поле не вспашет, не то вся семья бедняка без куска хлеба останется.

— Ну уж так и быть, до вечера я тебя не трону, а вечером задеру и съем!

С тем медведь и ушел восвояси, а бедняк пригорю­нился, землю пашет, а сам все думает, как бы ему мед­ведя задобрить. Но сколько ни думал, как ни прикиды­вал, а так ничего и не придумал… К полудню забрела в те края лиса, смотрит она и примечает, что бедняк пашню пашет, а сам горюет. Вот и спрашивает лиса у бедняка, что, мол, за беда с ним приключилась, не может ли она, лиса, ему чем пособить.

Тут бедняк и рассказал ей, как попал впросак с мед­ведем.

— Ну, если в том вся твоя беда, то из этой беды мне нехитро тебя вызволить. Сделаю так, что цел и не­вредим ты останешься. Только вот чем ты со мной рас­платишься, коли я помогу тебе?

Бедняк и не знает, что посулить лисе, потому как у самого добра не горы, да и лиса запрашивает немало. В конце концов сошлись на том, что отдаст бедняк ли­се девять кур, а к ним одного петуха в придачу. Скрепя сердце пообещал бедняк, потому как сам не знал, где он этих кур возьмет, но все же посулил расплатиться с лисой.

— Ну, раз такой уговор у нас, бедняк, то слушай мои слова. Как придет сюда к вечеру медведь, я спря­чусь в кустах, а сама в рог затрублю, в точности как охотники в лесу трубят. Медведь и спросит тогда: что это, мол, за шум? А ты говори: видать, охотники едут.

Медведь испугается и станет просить, чтобы ты спрятал его получше. Ты спрячь его вот в этот мешок и нака­жи, чтобы сидел смирно, не шевелился. Тут я из ку­стов выйду и буду тебя спрашивать, чего это ты в меш­ке прячешь. Ты говори, мол, там у меня чурбан лежит. Я тебе не поверю и скажу: если вправду чурбан, так ру­бани топором, вон где бугор торчит. Тут ты хватай то­пор и что есть силы руби медведя по башке, так, чтобы из него разом и дух вон.

Обрадовался бедняк и обещал лисе послушаться совета. И все в точности так и вышло, как лиса на­перед сказала: медведь оплошал и головой поплатил­ся, а бедняк и сам спасся, и обе коровы его целы остались.

— Ну что, худо ли я тебе насоветовала? — спраши­вает после того лиса. — Вот и учись, бедняк, уму-ра­зуму, смекай, что умный всегда дальше сильного пой­дет. Ну, мне давно пора дома быть. А завтра приду к тебе за петухом да за курами. Только гляди, чтобы куры жирные были! А сам чтобы из дома ни ногой, не то пожалеешь!

Взвалил бедняк медведя на телегу, домой воротил­ся рад-радехонек, дома ужин велел подать самый луч­ший, а после ужина спать завалился; теперь уж он не слишком лисы побаивался, потому как сам от нее на­учился, что умный всегда дальше сильного пойдет.

Наутро едва успел бедняк глаза продрать, а лиса уж тут как тут, в дверь стучится, велит кур нести да петуха в придачу.

— Сейчас несу, кумушка, сейчас, дай только оде­жду набросить! — говорит ей бедняк; оделся он наско­ро, а сам впускать лису не торопится, встал под дверью и давай лаять, будто собака лису учуяла.

— Эй, бедняк! Какая это собака у тебя лает, уж не гончая ли?

— Твоя правда, кумушка, и впрямь гончая, да толь­ко не одна, а целых две. Всю ночь так и спали у меня под кроватью, нечистый их знает, откуда они взялись, сейчас, видать, дух твой лисий почуяли, норовят нару­жу вырваться, насилу держу.

— Держи их, бедняк, пока я ноги прочь не унесу. Бог с ними, со всеми девятью курами да с петухом, пусть уж лучше тебе остаются.

Бедняк еще дверь не успел отворить, а лисы уже и след простыл. Вот когда вдоволь насмеялся бедняк над лисонькой, да и сейчас еще ходит — посмеивается, коли жив-здоров.

Поделитесь с нами впечатлениями