Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями. Глава 4. Новые друзья и новые враги.

Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями. Глава 4. Новые друзья и новые враги.

1

Пять дней летел уже Нильс с дикими гусями. Теперь он не боНильс и Мартин в небеялся упасть, а спокойно сидел на спине Мартина, погля­дывая направо и налево.

Синему небу конца-края нет, воздух легкий, прохладный, будто в чистой воде в нем купаешься. Облака взапуски бегут за стаей: то догонят ее, то отстанут, то собьются в кучу, то снова разбегутся, как барашки по полю.

А то вдруг небо потемнеет, покроется черными тучами, и Нильсу кажется, что это не тучи, а какие-то огромные возы, нагруженные мешками, бочками, котлами, надвигаются со всех сторон на стаю. Возы с грохотом сталкиваются.

Из мешков сыплется крупный, как горох, дождь, из бочек и котлов льет ливень.

А потом опять, куда ни глянь,— открытое небо, голубое, чистое, прозрачное. И земля внизу вся как на ладони.

Снег уже совсем стаял, и крестьяне вышли в поле на весенние работы. Волы, покачивая рогами, тащат за собой тяже­лые плуги.

— Га-га-га! — кричат сверху гуси.— Поторапливайтесь! А то и лето пройдет, пока вы доберетесь до края поля.

Волы не остаются в долгу. Они задирают головы и мычат:

— М-м-медленно, но верно! М-м-медленно, но верно!

Вот по крестьянскому двору бегает баран. Его только что остригли и выпустили из хлева.

— Баран, баран! — кричат гуси.— Шубу потерял!

— Зато бе-е-егать легче, бе-е-е-гать легче! — кричит в от­вет баран.

А вот стоит собачья будка. Гремя цепью, около нее кружит сторожевая собака.

— Га-га-га! — кричат крылатые путешественники.— Какую красивую цепь на тебя надели!

— Бродяги! — лает им вслед собака.— Бездомные бро­дяги! Вот вы кто такие!

Но гуси даже не удостаивают ее ответом. Собака лает — ветер носит.

Если дразнить было некого, гуси просто перекликались друг с другом.

— Где ты?

— Я здесь!

— Ты здесь?

— Я тут!

И лететь им было веселее. Да и Нильс не скучал. Но все-таки иногда ему хотелось пожить по-человечески. Хорошо бы посидеть в настоящей комнате, за настоящим столом, погреть­ся у настоящей печки. И на кровати поспать было бы непло­хо! Когда это еще будет! Да и будет ли когда-нибудь! Правда, Мартин заботился о нем и каждую ночь прятал у себя под крылом, чтобы Нильс не замерз. Но не так-то легко человеку жить под птичьим крылышком!

А хуже всего было с едой. Дикие гуси вылавливали для Нильса самые лучшие водоросли и каких-то водяных пауков. Нильс вежливо благодарил гусей, но отведать такое уго­щение не решался.

Случалось, что Нильсу везло, и в лесу, под сухими листь­ями, он находил прошлогодние орешки. Сам-то он не, мог их разбить. Он бежал к Мартину, закладывал орех ему в клюв, и Мартин с треском раскалывал скорлупу. Дома Нильс так же колол грецкие орехи, только закладывал их не в гусиный клюв, а в дверную щель.

Но орехов было очень мало. Чтобы найти хоть один орешек, Нильсу приходилось иногда чуть не час бродить по лесу, про­бираясь сквозь жесткую прошлогоднюю траву, увязая в сыпу­чей хвое, спотыкаясь о хворостинки.

На каждом шагу его подстерегала опасность.

Однажды на него вдруг напали муравьи. Целые полчища огромных пучеглазых муравьев окружили его со всех сторон. Они кусали его, обжигали своим ядом, карабкались на него, заползали за шиворот и в рукава.

Нильс отряхивался, отбивался от них руками и ногами, но, пока он справлялся с одним врагом, на него набрасывалось десять новых.

Когда он прибежал к болоту, на котором расположилась для ночевки стая, гуси даже не сразу узнали его — весь он, от макушки до пяток, был облеплен черными муравьями.

— Стой, не шевелись! — закричал Мартин и стал быстро-быстро склевывать одного муравья за другим.

Поделитесь с нами впечатлениями